Минфин разгонит инфляцию

Министр финансов Антон Силуанов заявил, что рост налога на добавленную стоимость (НДС) до 22% может вызвать разовое повышение инфляции на 2 п.п. «Если мы собираемся увеличивать косвенное налогообложение на 4 п.п., это повлияет на инфляцию. Если оценивать, мы можем получить чуть больше 2% разово», — сказал в понедельник министр на Налоговом форуме в рамках Недели российского бизнеса РСПП.

Тем самым Минфин подтвердил свое намерение провести в жизнь ненефтегазовый налоговый маневр, суть которого состоит в повышении НДС до 22% и снижении страховых взносов до 22%. Вариант налогового маневра «22/22» будет нейтральным для бюджета, полагают в Минфине.

«22% ставки страховых взносов компенсируется 22% ставки налога на добавленную стоимость», — сказал Силуанов.

Просчитывались модели с формулой 21%/21% и 21%/22%. Но они показали выпадение доходов от 0,5 трлн до 300 млрд руб. в год. Модель реформы 22%/22% дала положительный результат в пользу бюджетных доходов. Повышение ставки НДС позволит дополнительно собирать в бюджет чуть более 1 трлн руб. в год.

Выступая на форуме РСПП, министр Силуанов отметил также, что его ведомство предлагает унифицировать ставку страховых взносов, то есть ликвидировать порог, с превышения которого в настоящее время взимаются дополнительные 10% страховых взносов в Пенсионный фонд.

Силуанов добавил, что планируется переход предприятий на единую платежку по страховым взносам.

Ранее «Газета.Ru» сообщала, что Минфин предложил правительству для обсуждения ненефтегазовый налоговый маневр, суть которого состоит в повышении НДС до 22% и снижении страховых взносов до 22%.

Министр экономического развития Максим Орешкин также предлагал снизить страховые взносы, но в другой пропорции: с 30 до 21%, а НДС повысить с 18 до 21%. Комментируя эту схему, Силуанов говорил, что эта идея не была проработана с Минфином.

Налоговый маневр, предложенный Минфином, позволяет решить как минимум три задачи. Первая — получить дополнительные доходы и перераспределить их на выполнение майских указов президента от 2012 года по увеличению зарплат отдельным категориям граждан. Источники в правительстве говорили о перераспределении около 150 млрд руб.

Второй эффект — «стимулировать предприятия, которые ориентированы на экспорт».

Но главным эффектом налоговой реформы Минфин называет обеление «серых» зарплат и доходов самозанятых граждан. Объем «серых» зарплат в России оценивается в 5–10 трлн руб. в год.

Дополнительный бонус предприятиям, работающим «вбелую», — выравнивание конкурентоспособности с неформальным сектором.

Ранее источники «Газеты.Ru» в правительстве утверждали, что именно эти параметры — 22% на 22% — Силуанов уже обсуждал 9 марта с руководителями деловых объединений. Безоговорочно принимать реформы Минфина бизнес, похоже, не спешит.

«При увеличении НДС фискальная нагрузка на предприятия с высокой добавленной стоимостью увеличится почти на 25%, к примеру, для предприятий машиностроения. Мы считаем, что для компенсации должен быть возвращен инвестиционный вычет по налогу на прибыль для предприятий с высокой добавленной стоимостью», — сообщил RNS президент «Опоры России» Александр Калинин.

Соцблок правительства не в восторге от предложения Минфина. Министр труда и социальной защиты России Максим Топилин заявил, что Минтруд не поддерживает идею по уравниванию НДС и страховых взносов.

«Я считаю, что это приведет к тому, что будет все больше трансфертов в ПФР. Мы шли другим путем, у нас в правительственных документах написано об ином: что мы уменьшаем трансферт, что мы уходим от бюджетной зависимости в ПФР и фонде соцстраха, поэтому мне непонятна эта логика», — сказал Топилин на форуме РСПП.

По расчетам Минтруда, в результате снижения страховых взносов ПФР будет терять около 2 трлн руб. в год.

Эксперты в целом согласны с расчетами Минфина о том, что при повышении НДС на 4 п.п. инфляция повысится на 2 п.п. Но при одном условии.

«Эти оценки верны, если предположить, что Банку России удастся удержать инфляционные ожидания под контролем. Тогда эффект от повышения НДС будет разовым и не будет иметь долгосрочных инфляционных последствий», — говорит Мария Иванова, руководитель направления «Денежно-кредитная политика» Экономической экспертной группы.

ЦБ хочет снизить инфляцию до 4% уже к концу текущего года и закрепить ее на этом уровне. По итогам февраля инфляция в годовом выражении опустилась до 4,6%, и в ЦБ отмечают, что ее снижение происходит быстрее ожиданий. Но регулятора беспокоят те самые инфляционные ожидания.

«Инфляционные ожидания населения сохраняют значительную инерционность, оставаясь на повышенном уровне, а рост заработных плат опережает рост производительности труда.

В этих условиях возможно возникновение дополнительных рисков для достижения цели по инфляции по мере исчерпания действия временных благоприятных факторов и закрепления экономики на траектории роста. Таким образом, существующий баланс инфляционных рисков говорит в пользу очень плавного смягчения денежно-кредитной политики, которая должна оставаться умеренно жесткой», — отмечал ЦБ в мартовском выпуске бюллетеня «О чем говорят тренды».

Очевидно, что ЦБ при таком маневре, который несет угрозу его главному целевому показателю, почти со стопроцентной вероятностью продолжит политику жесткой денежно-кредитной политики и дальше. На практике это приведет к тому, что ключевая ставка (а с ней и прочие ставки в экономике) будет снижаться медленнее, чем могла бы. Сейчас она составляет 10%.

Хватит ли импульса налогового маневра, чтобы компенсировать длительный период высоких ставок и стимулировать экономический рост, неизвестно.

ГАЗЕТА.RU